Crossed Hearts

Объявление

Новости
11.05 ♥ Майские теплые новости // Немного о рекламах на нужных, на касты и о сюрпризах на будущее!

28.03 ♥ Мартовские новости // О фанбазе, топах и денежной реформе!

01.03 ♥ Свежий выпуск новостей // О новых подарках, карточках, переписи персонажей и многом другом!

27.01 ♥ Плашки в подарок // В честь нового дизайна спешим порадовать участников возможностью обновить профиль!

26.01 ♥ Новости Харта // О новом дизайне, упрощенной регистрации для всех желающих, новых внеигровых разделах для развлечения, а также о наших новых модераторах и предстоящих дополнениях!

11.01 ♥ Свежая сводка новостей // Изменения в теме разбитых сердец и топов, а так же иные правила получения коллекционных карт.

01.01 ♥ Первые новости года // Небольшой поздравительно-вступительный выпуск, полный свежей информации.

30.12 ♥ Украшаем елочку! // Игрушки ждут, когда ими нарядят нашу прекрасную ель. Не забудьте оставить свои пожелания!

25.12 ♥ Новогодний маскарад // Вечеринка новогодних костюмов объявляется открытой!

08.12 ♥ Почтовый ящик Санта Клауса // Новогодние письма принимаются. Порадуйте любимок!

01.12 ♥ Спасение Нового Года началось // Участники распределены по командам. Вперед, к победе!

01.12 ♥ Новогодняя лотерея // Раздача подарков объявляется открытой!

пост от Katastrophe Открыв глаза в иной временной петле начинаешь задумываться и смотреть со стороны за происходящим. Тяжело видеть своего двойника и понимать какие ошибки будут дальше совершенны. Но странно осознавать, что она готова дать этим ошибкам ход. После того как с радаров Знамогде пропала чуть менее древняя версия Валери, было решено продолжить приключения. Девушке удалось познакомится с Космо, собрать свой первый самодельный корабль (наверно правильнее назвать это Плот) совместно с знакомыми мастерами Знамогде, и наконец-то отчалить навстречу приключениям.

пост от Ether Он смотрел на их отражения в зеркале и не смог сдержать счастливой улыбки. Оживший мираж, пустынная сказка, что стала реальностью. Бог смерти прекрасно понимал, что одной настойчивости в достижении цели заполучить себе эту женщину было недостаточно. Если бы в душе у Нюйвы не зародились ответные чувства, если бы она не видела в нем хотя бы отголосок будущего избранника, то Анубис мог бы еще тысячу лет пытаться добиться ее, вплоть до момента, пока богиня бы просто не пожаловалась на его излишнее внимание тому же Гору.

пост от Day Алый «мазерати» летел по извилистой узкой дороге с такой скоростью, что, казалось, колеса машины едва касаются раскаленного солнцем асфальта. Ветер, беспрепятственно гуляющий по открытому салону, трепал волосы, оставляя на губах едва ощутимый привкус соли; море, хоть и невидимое отсюда, скрытое от взгляда горной грядой, было совсем неподалеку. Аполлон почти до упора вдавливал педаль газа в пол, словно задавшись целью выжать из машинного двигателя все, на что он был способен, заставляя автомобиль лететь по трассе на пределе возможного.

эпизод недели
навигация по форуму
очень ждем

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossed Hearts » Основы основ » сиянье синих звездных слез // tolkien's legendarium


сиянье синих звездных слез // tolkien's legendarium

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/128/853813.png

открой ворота облаков
В СИЯНЬЕ СИНИХ ЗВЕЗДНЫХ СЛЕЗ.
кто поглядит под пепел лет? мой путь далек на сотни лиг.
но сердце остается здесь,
на этом берегу земли.

https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/338521.png

феанор и варда

И потому среди эльдар редко возникает возможность вторичного брака, но еще более редки случаи, когда такой брак действительно заключается. Ибо эльдар помнят о горе и разладе в доме Финвэ.

[nick]Varda Elentari[/nick][status]зорі також співають[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/287980.gif[/icon][sign]под сетью сумрачных дорог подняли земли королей
два светлых западных крыла на этом берегу морей
https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/564391.gif
в темнице ночи, в черной мгле
надеждой ясною свети
[/sign][lz]<lz1>варда элентари</lz1><lz2>tolkien's legendarium</lz2><lz> с небес глядящая насквозь, открой ворота облаков в сиянье синих звездных слез.</lz>[/lz]

Отредактировано Sunny (2022-04-03 23:09:36)

+1

2

[nick]Feanaro Kurufinwe[/nick][status]if i had a heart[/status][lz]<lz1>Феанор Искусный</lz1><lz2>Tolkien's Legendarium</lz2><lz>Есть тот, кто бежит от своей родины. Есть тот, кто бежит из кошмара</lz>[/lz]

Когда Финвэ женился во второй раз, Феанор его не понял, потому что для него было это огромной загадкой, что такое "любовь прошла". Неужели его любимый отец мог разлюбить Мириэль и разве она заслужила его? Феанор был молодым, его сердце было накаленным металлом еще не опущенным в чан с водой. Он еще не был закален и только изучал этот мир. Когда он встретил рыжеволосую нимфу в своих странствиях, он думал, что никогда не поймет поступка Финвэ, ведь это невозможно! Разлюбить того, кого так пламенно, так горячо любил!
Однако Эру заложил конец всему, что когда бы то ни было брало начало. Любовь - не исключение. Он давал эльфам право любить и это чувство было самым лучшим на свете. Чувство наполнения, полноты. Эльфы не знали, что такое одиночество, поэтому, встречая свою вторую половину, они были не столько благодарны, сколько счастливы. Будто бы дерево, коснувшееся первых лучиков согревающего светила. Когда смотришь кому-то в лицо и думаешь, что можешь посвятить этому лицу самые свои лучшие творения. Когда слышишь чужой голос и думаешь, что это муза разговаривает с тобою. Когда не бываешь сытым ни днем, ни ночью и когда очень важно каждый день касаться чьей-то руки. Феанор не помнил себя, испытывающим это впервые, потому как это было давно. А долгая память эльфов, пусть она и сохраняет детали прошедших событий, она стирает остроту вспоминаемых эмоций. Сейчас он мог с уверенностью сказать, что он был счастлив. Они с Нэрданель были счастливы, они подарили этому свету семерых замечательных детей, пусть все было очень не гладко. Однако, они любили свою семью.
А потом что-то изменилось. Возможно, сейчас, Феанор, оглядываясь назад, понимал, что именно изменилось. Изменился он. И то, во что он верил. Феанор вырос, он встал на ноги. Его руки окрепли, он перестал смотреть в рот Аулэ, он стал думать самостоятельно. И Нэрданель не поддержала его в этом. Однако любовь все еще застилала ему глаза и, возможно, частично ей.
Когда родились близнецы, Феанор понял и увидел, что в этих глазах больше не было любви. И брак с ним, тот брак, который стал полон ссор, скандалов и вопросов, больше не приносит ей частья. Ее розовое лицо становилось бледным и она больше не желала близости с ним. Она отказывалась брать его за руку и отворачивалась, если он пытался поцеловать ее. Что это такое? Спрашивала себя Нэрданель, и не получив ответа, молчала дальше. Молчала и терпела. Возможно она думала, что такой и должна быть эта любовь, когда подарила мужчине семерых детей? Феанор так не думал.
В последний раз он посмотрел в ее зеленые глаза и немым вопросом. И получил немой ответ. Они оба признались себе в том, что в них что-то происходит. Феанора ранило ее предательство. Он искал в ней поддержки, как и прежде, но она не находила в себе той чувственной тонкости, которая позволяла Нэрданель раньше давать ему советы.
Первым, кому Феанор об этом сказал, был Финвэ.
Финвэ понял его, потому что Финвэ не мог не понять.
Мириэль отказалась от своей любви и ушла в Чертоги.  Финвэ был изнурен любовью, от которой не получал ответа и выбрал иное счастье. Возможно, почувствовав себя опустошенным, обманутым, преданным, Феанор впервые в жизни понял этот поступок отца.
Месяц назад, на приеме у короля он встретил иную женщину, которую никогда раньше не видел. И Феанор был точно уверен в том, что это чувство вернулось. Более того, танцуя с ней, он услышал Нэрданель.
Он услышал, как ей стало... легко?
Сегодня он был здесь, перед пустотой, надеясь, что Варда и Манвэ услышат его, перед алтарем на Долгом Камне, перед россыпью сиреневых цветов, под светом звезд, потому что принял это решение. Он должен был отпустить Нэрданель и принять себя самого. Иначе это пламя саморазрушения попросту съело бы его без остатка.
"Я не осуждаю тебя, Феанор, если хочешь знать", сказал отец за столом этим вечером. На него недоверчиво покосился Финарфин. Финголфин сидел молча и просто слушал, Феанор был уверен, что второй точно найдет способ обернуть эту историю против него и, конечно, ему бы хотелось поговорить с отцом наедине, но разве королю указывают, что и когда говорить?
"Но я бы попросил благословения. Я и попросил, о чем не сожалею".
"Эру не предусмотрел конец любви, отец", подавшись вперед блеснул своими знаниями маленький умник Финарфин.
Финвэ отнесся к этому с пониманием и улыбнулся той теплой улыбкой, которая всегда и у всех вызывала лишь доверие.
"В таком случае, сынок, я не люблю твою мать?"
Феанор хотел бы быть уверенным в ином, но Финвэ в самом деле любил Индис. И никто не мог в этом сомневаться.

Феанор послушал совет своего отца. Из Тириона он выехал, едва закат коснулся земли. За городом, на Долгом камне, он уже однажды просил благословения. Сегодня он хотел получить совет. И ничего не устаивать от Валар. В конце концов, кто, если он не они знают, как будет лучше? Если бы он связал себя с иной женщиной без благословения Валар, он бы причинил Шиадаль боль. Меньше всего Феанор хотел кому бы то ни было причинять боль. Ни себе, ни дорогой Нэрданель, которая все еще оставалась матерью его детей, ни Шиадаль, которая внезапно вернула в его сердце эту наполненность. Стала его вдохновением. Стала вторым дыханием.
Феанор все это время тонул.
Да, тонул.
Вот на что это было похоже. И сегодня он волевым решением громко набирал воздуха в грудь и умолял, просил - дайте ответ. Поймите. Загляните в мое сердце.
Там раскаленная кузница. И я в ней сгораю до конца.
- Благословенный Манвэ, - закрыв глаза прошептал Феанор, его голос уходил далеко в небо и был слышен звездам. Они мерцали, как слезы на чужих ресницах. Мерцали, будто бы дышали. - Сияющая Варда, - он открыл глаза. Яркая звезда смотрела на него и он точно знал, что эта звезда слышит его.
Он упал на колени, сильно ударившись о грубый камень. Красный плащ его Дома, как кровь, растекался далеко и неаккуратно.
- Вырвите мое сердце, - болезненно говорил Феанор. - Бросьте меня в огонь, уничтожьте, растопчите, превратите в звездную пыль. Мне все будет приятнее, чем мучиться от любви, которая сводит меня с ума. От вины перед женщиной, которую я не могу отпустить. Варда! Манвэ!
Он крикнул это, хотя до этого почти шептал.
- Я прошу, именем Эру прошу! Разведите наши с Нэрданелью судьбы. Разведите наши пути, ибо наши сердца теперь бьются по-разному.

+1

3

Звезды сегодня сияли ярко, так ярко, как в первый день создания Арды. Звезды, зажженные Вардой Элентари — она словно вчера держала в ладонях горячие сияющие искры, рассыпая их по небу. Она словно вчера влила свет в созданные Аулэ Светильники, словно вчера ступила на Таниквэтиль, словно вчера гордо отказала Мелькору и стала женой не его, но Манвэ Сулимо. Она словно вчера пела вместе с сонмом айнур и Илуватаром, песней творя Эа и Арду.

Верховная владычица, Варда Элентари никогда не тяготилась своим бременем, да и бременем доверенную Илуватаром Аратар власть не считала. Манвэ мучили сомнения по поводу Мелькора, Аулэ не давала покоя тяга к созиданию, из-за чего он посмел рискнуть сравниться с Эру, создав гномов, Йаванна трепетно оберегала свои деревья, цветы и животных, Ульмо заботился об эльдар более всех остальных валар — Варда не беспокоилась ни о чем подобном, ее звезды не могли убить так легко, как деревья, она не стремилась достичь Эру и насчет Мелькора не колебалась. Она не прозревала будущего, однако была уверена, что любое испытание пройдет достойно, верила в себя, в Илуватара и в Аратар.

В эльдар она тоже верила.

Ваниар были любимцами ее и Манвэ, но не только к ваниар Варда относилась благосклонно. Она любила все народы эльдар, и нолдор не меньше, чем живущих у подножия Таниквэтиль избранников Владыки Неба. Нолдор — изобретатели, тянущиеся к познанию, храбрые и дерзкие, нравились Варде именно потому, что не боялись покорять новые горизонты и бросать вызов даже валар. Однако вызов бывает разным, и иногда нолдор переступали черту; желание Финвэ расторгнуть брак с Мириэлью и жениться повторно вызвало у Аратар множество сомнений и споров, даже Ниэнна, редко покидающая Чертоги Мандоса, появилась на совете, чтобы сказать свое слово. У просьбы Финвэ было несметное количество «но», и в любом случае кто-то остался бы недоволен. Разрешать Финвэ иметь двух жен сразу означало в корне изменить устои — несомненно, то, что дозволено одному, пожелают и другие. Это породит распри, ссоры и, как итог — души эльдар откроются тьме.

Варда сказала Манвэ, что она против, что ее ответ однозначен — нет, что Мириэль должна вернуться, ибо позволением валар ее фэа может вновь обрести тело, но проблема была в том, что Мириэль не желала возвращаться. Она устала, она повторяла, что истощена, что, произведя на свет сына, растратила все силы, что были у нее. И все же сын у Финвэ был, а по мнению Варды, жениться только ради продолжения рода немного… неправильно. Но Варда Элентари никогда не спорила с мужем в открытую, так что поддержала решение Манвэ, скрепя сердце и с мыслью, что это очень плохая идея. И с оговоркой: Мириэль не сможет вернуться, если вдруг передумает. Никогда не сможет.

На этом настояла Варда.
Браки эльдар не расторгались. Мириэль даже после смерти оставалась женой Финвэ, поэтому не имела права вновь обрести хроа.
Чертоги Мандоса — не проходной двор.

Финвэ женился на Индис, но Мириэль не покинула его сердца и мыслей, тенью всегда присутствуя рядом, а Куруфинвэ он любил больше прочих сыновей своих, и Варда это видела. Феанаро рос под сиянием звезд, учился мастерству у Аулэ, и не было ему равных среди нолдор в искусстве творений. Варда лично благословила Сильмарилли, сравнив их свет с сиянием Светильников, и этим Куруфинвэ заслужил ее уважение, чего не был удостоен никто из эльдар.

Многое мог Куруфинвэ Феанаро. Многое было доступно ему и открыто. Главное, чтобы он не использовал свои знания во вред.

Зов Варда услышала сразу, как только Феанор произнес ее имя — для того ей не нужно было быть рядом с Манвэ. Звезды пристально наблюдали за Куруфинвэ, звезды слушали речь его, полную боли, а Варда, до поры скрываясь за ночным полотном неба, понимала — она растеряна.
Она, Варда Элентари, королева валар — растеряна.

Она же говорила Манвэ.
Она же говорила, что не только Финвэ пожелает иметь двух жен.
Она же говорила.

Видеть Феанаро таким для Варды непривычно, и оттого горько, а еще горше от необходимости появиться перед ним и ответить: нет. Нельзя. Мириэль умерла, и лишь потому валар дали разрешение Финвэ жениться на Индис. Нэрданель жива, у них с Куруфинвэ много детей, они долго прожили вместе в любви, хотя многие удивлялись, что избранницей во всем блестящего Феанаро стала внешне непримечательная дочь Махтана.

Любовь не всегда бывает истинной. Быть может, в сердце Куруфинвэ зародилось иное чувство, не то, бессмертное и вечное, чему подвержены все, даже сами валар? Даже входящие в Аратар, и те не застрахованы, а эльдар и вовсе, ибо они, при всей их силе — смертны.

Варда вздохнула, решаясь. Она не могла более прятаться, ее звали и она должна была явиться на зов. Королева валар, оправдывай свою мудрость, за которую тебя прославляют, оправдывай свое величие, свое могущество, иначе что ты за королева?

В золотом сиянии перед Феанаро появилась она, облачившись в темно-синие одежды с россыпью серебряных искр. Без улыбки, но и без смятения. Спокойная, как безоблачное небо — внешне. Внутри Варды Элентари падали звезды, разбиваясь о землю.

— Ты звал меня, Куруфинвэ, — заговорила она, взирая на Феанора сверху вниз. — Поднимись.

Варда взглянула в лицо Феанаро и пожелала никогда больше не видеть такого взгляда. Никогда не слышать такой боли в голосе. Если любовь причиняет эльдар столь тяжкие мучения, то зачем Илуватар допустил, чтобы они страдали от самого прекрасного чувства? Если любовь сравнима с горением заживо и обращением в пыль? Это не было преувеличением, что волновало Варду — или пугало, но она не хотела даже мысли допускать, что ее может что-то напугать, ее, которую боится даже Мелькор.
Но Варда была в растерянности и смятении.
О Эру, она ведь причинит еще больше боли.

Нет, Варда не станет прятать взгляд. Не станет оправдываться, и, тем более, не станет просить прощения за свои слова и решение. Она объяснит запрет, но это не будет попыткой оправдаться, и никогда не будет извинением, ибо валар — те, чья воля превыше всего, помимо воли Илуватара. Варда найдет в себе силы на эту жестокость. Разве не была она жестока, отказывая Мелькору? Йаванне Кементари милосердие досталось, Варде Элентари — твердость и строгость.

— Верно ли я поняла тебя, Куруфинвэ? Ты просишь развести ваши с Нэрданелью судьбы? Ты просишь того же, чего когда-то просил отец твой, Финвэ? Или ты просишь обратить тебя звездной пылью? — глаза ее сверкнули. Черные глаза, что сияли ярче любых светлых.

— Ты просишь о невозможном, — твердо произнесла Варда. — И ты сам это знаешь.

[nick]Varda Elentari[/nick][status]зорі також співають[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/287980.gif[/icon][sign]под сетью сумрачных дорог подняли земли королей
два светлых западных крыла на этом берегу морей
https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/564391.gif
в темнице ночи, в черной мгле
надеждой ясною свети
[/sign][lz]<lz1>варда элентари</lz1><lz2>tolkien's legendarium</lz2><lz> с небес глядящая насквозь, открой ворота облаков в сиянье синих звездных слез.</lz>[/lz]

+1

4

[nick]Feanaro Kurufinwe[/nick][status]if i had a heart[/status][lz]<lz1>Феанор Искусный</lz1><lz2>Tolkien's Legendarium</lz2><lz>Есть тот, кто бежит от своей родины. Есть тот, кто бежит из кошмара</lz>[/lz]

Он знал, что она так ответит, поэтому ее ответ не был для него новым. Валар никогда не отвечают согласием сразу, на все им нужно время подумать, обо всем посоветоваться. Иногда это раздражало, но Феанор здесь был вовсе не для того, чтобы раздражаться. Валар сейчас был его последней надеждой, а он верно служил им. В конце концов, не к ногам ли Варды он принес свои Сильмариллы, не с ее благословение они стали еще прекраснее, чем были? Что Финвэ, что Феанор, они все служили Валар верой и правдой. Феанор был благодарен за все, что они ему дали, за все, чему научили и теперь ему была нужна их помощь, как никогда прежде. Сейчас дело касалось его бессмертной души, души, которая сгорала в огнем и он не видел нигде спасения. Он, Феанор Куруфинвэ, сын короля-нолдор, венценосный принц, не мог спасти самого себя, не мог ничего с собой сделать, а где-то в глубинке сердца и вовсе не хотел. Феанору впору было задавать вопросы - что и где случилось, что Эру позволил им с Нэрданель проживать две разные жизни? Возможно это был всего лишь акт Его любви, проявление Его нежности к своим созданиям, ибо вряд ли Эру хотел, чтобы Феанор или Нэрданель дальше страдали и испытывали друг друга в бесконечном непонимании и ссорах. Кто, если не Эру видел это все и чувствовал, как души его детей мечутся из стороны в сторону.
Феанор чувствовал себя отвратительно, словно был отравлен. И он понимал, что в том нет его вины. Он был виной того, что Мириэль, его драгоценная мать, лишилась жизненных сил, все отдав ему. Негласно, тихо, наедине с самим собой, Феанор возлагал за это вину на себя, хотя Финвэ никогда бы не пришло подобное в голову в отношение своего старшего сына. Однако Феанор знал правду, он был причиной того, что Мириэль ушла в Чертоги и не хотела возвращаться. Тогда еще совсем маленький, неразумный ребенок, что он мог? Через много лет сокрушаться в сожалении над ситуацией, над которой у него не было контроля. Он измучил свою мать, а потом измучил свою жену. Так что же, судьба Феанора такова, что он мучает тех, кого любит?
В его глазах была боль, ничего больше. Возможно, даже надежды не было, но если Варда не поймет его, то кто поймет? В свете ее звезд можно было найти покой, даже когда тебя одолевают разные мысли, не дают сосредоточиться. Не Мелькор проник в его сердце, это нечто другое. Ему показалось, что сам Всеотец пронзил его длинным копьем. Возможно, это было лишь очередное испытание и Феанор не имел права просить чужой помощи.
Но он просил.
Не потому, что Финвэ ему посоветовал, потому что несмотря на то, что Нэрданель захотела проживать свою жизнь отдельно и уйти в дом своего отца, покинуть семью своего мужа, он любил ее другой любовью, нежели той страстной любовью двух влюбленных сердец. Он любил ее, но эта любовь больше не станет родителем ни одного ребенка, эта любовь была скрытой нежностью, практически братской опекой. Нэрданель заслужила того, что стало бы ей радостью. Достаточно она нянчила их детей, достаточно пыталась устроить быт, не понимая, по какому принципу живет Феанор. Ей не нравилось то, что он говорил ей и никогда далее не была с ним согласна. Она морщила свой красивый лоб и Феанор чувствовал холодок в ее словах. Этот мёд, который он раньше собирал перестал быть сладким.
Что же делать?
Что же делать, Варда?
Он пришел сюда не потому, что его любовь превратилась в терпение, он пришел сюда, потому что Эру послал ему любовь к другой женщине и это нельзя было ни с чем перепутать. Его отец смог полюбить другую женщину, так, получается, этот грех лежит на всех квенди. Так, получается, каждый мог быть на его месте. Феанор или любой другой нолдо. Это заложено в их природе, это спит в них от рождения, разве властны они над собственной душой?
Он смотрел на Варду и не знал, что сказать. Спорить с ней не имело никакого смысла, да и он не хотел. Ее слово уважали абсолютно все и Феанор тоже. Он знал, что пришел сюда ни за чем, кроме как за осуждением и запретом. Он пришел сюда головою биться о закрытую дверь и это был полностью его выбор.
Он поднялся с колен, сделал нерешительный, почти детский шаг в сторону сияющей Вала. Ее глаза, все равно, что звезды на небе. И ее спокойствие, отсутствие гнева или сострадания ранили, будто бы яркий свет после долгой тьмы.
- Да, я прошу. А если это невозможно, то преврати меня в звездную пыль, потому что мне нет радости от жизни, только мучения, - он скривился, опуская взгляд на камень.
Вот что испытывал Мелькор, испытывал его отец, испытывали все другие, кому ведома боль. Самое большое наказание, уготованное небесами. Боль, нескончаемая, неуправляемая, та, которая становится обузой. И это бессмертие - лишь продолжение боли. Мучений. Вечной борьбе. И утро не утро, день не день. Никакой радости. Все обуза. И ты обуза сам себе.
- Я знаю, - тихо согласился Феанор. И помолчал.
А потом попытался улыбнуться, силясь выдать хоть какие-то эмоции поверх печали.
- Так, что же мне делать, Варда? Я приношу боль. Я не вижу любви в глазах Нэрданель, а спросив ее, я получил ответ. Она ушла в дом своего отца, а я отпустил ее, потому что это сделает ее чуточку более счастливой. Там она может творить, забыть о наших ссорах, более не давать мне советов и не слушать меня. Она устала, Варда. А месяц назад я встретил женщину, на приеме у Финвэ, я никогда ее не видел прежде. Она несла знамя моего отца и с тех пор я не могу найти покоя. Ее лицо - мое вдохновение. Но каждый раз, беря инструмент, Варда, я не могу позволить себе ничего. Я люблю другую женщину, будучи женатым квэнди. И жена мне больше не жена, и та, которую люблю постоянно отводит глаза. Разве может быть так?
Он задал вопрос Варде, понимая, что она ответит.
Нет, не может.
- Но так случилось. Варда, так задумал Эру. А если нет и я тебе лгу, пропади я пропадом прямо здесь!

+1

5

Илуватар сотворил их, и воля Илуватара была превыше всего. Варда была дочерью Эру — звездное дитя, одна из тех айнур, кто пел с ним вместе в хоре. Варда любила Эру, как дочь любит отца, уважала, но все же… все же, несмотря на то, что Илуватар предостерегал валар от того, чтобы те уподоблялись квэнди, Варда это предостережение нарушила, и не только она. Варда получала удовольствие от сна и еды, не оставаясь бесплотной.
Эру ведь не запретил. Лишь предостерег.

Волей Эру объяснять можно многое. Волей Эру можно трактовать все, что происходит, ибо, раз это случилось, то такова воля Создателя. Простой путь, и в корне неверный, ведущий ко тьме. Легко оправдать себя, свалив все на богов.

Варда знала, что такое любовь. Варда любила Манвэ вовсе не как бесплотного небожителя — они оба так решили, они оба пренебрегли советом Эру. Возможно, за это пришлось расплачиваться эльдар, расплачиваться болью за их счастье, и, пока у квэнди разрываются на части сердца, валар счастливы.
Нет, они не счастливы. Беды квэнди — их беды.

Варда знала, что такое любовь, и знала, что любовь легко спутать с другим. Мелькор не любил ее, Мелькор, взирая в ее лицо, говорил много всего, но Варда увидела в глазах его лишь желание обладать безраздельно. Всем он жаждал обладать, подчинять своей власти, и — это не любовь.
Но это то, чему отчасти подвержены эльдар. Не в такой степени, как Враг, просто… это их слабость. Одна из многих слабостей смертных, ибо даже тела эльфов уязвимы, и не только для ран.

Что же делать…

Ее волей Мириэль не вернулась, ее волей Мириэль запретили вернуться, о чем Варда никогда не скажет Феанору. Она мать, она видит любовь своих детей к ее свету, к ней самой, она сама нежно любит сына и дочь, рожденных так же, как рождаются дети квэнди, а вовсе не созданных из сияния, как ее звезды. Она лишила ребенка матери — осознанно. Она все еще чувствует вину перед Феанаро.

Но Варда Элентари не должна показать ни капли вины, иначе поселит в душе Куруфинвэ сомнение, а усомниться — нельзя.
Что же ей ответить тогда?

Финвэ полюбил Индис спустя год после того, как валар развели их с Мириэлью судьбы. Финвэ просил позволить ему найти другую жену, ибо хотел много детей, и, главное, устал от одиночества, и отчасти Варда понимала. Когда ты любишь кого-то, а его не существует, но ты связан с ним крепко-накрепко… Не стали бы ведь они требовать от квэнди убивать себя вслед за любимыми? Но что же делать, если кто-то ушел раньше — и пусть фэа не покинет Арду бесследно, но будет заперта в Чертогах Мандоса.

Варда смотрела на Феанора, чуть склонив голову в бок, и глаза ее сияли звездами, но взгляд оставался нечитаем. Невозможно понять, сердита или печальна, но и не равнодушна. Ее спокойствие было одним из тех ее сторон, которых так боялся Мелькор, ибо Варда могла с таким же непроницаемым лицом сжигать заживо.

— Я не превращу тебя в звездную пыль, — пообещала Варда. — Но ты сам знаешь, что…

Нельзя. Есть правила, которые не нарушают. Есть законы, непоколебимые, как законы природы.
— Не бывает двух солнц на небе. Не бывает двух лун на небе, — произнесла вала. Ее мудрость была к месту и не к месту — что ее мудрость и кому нужны ее пространные рассуждения? От нее ждали действий. От нее ждали помощи. Хоть чего-то, чего Варда не могла дать.

Она решила выслушать. Прежде всего — узнать суть, вникнуть в суть, не судить, не зная всего. Она еще не знала, что думает Нэрданель, но выслушать Нэрданель можно позже. Она у отца; если бы дочери Махтана нанесли оскорбление, кузнец бы не смолчал, из чего Варда заключила — скорее всего, они вправду оба погасли друг к другу.
Так бывает. Раньше такого не было, но… мир ведь меняется. Сначала его озаряли Светильники, а затем — Древа. Сначала валар жили на Альмарене, теперь — в Валиноре. Мир менялся, мир должен был измениться еще сильнее, и изменения в нем творили валар — и квэнди.
Волей Эру, естественно. Его молчаливым одобрением, ибо молчание знак согласия.

Варда улыбнулась. Тепло, а не безразлично.
Хорошо, что сердце Феанаро не погасло, хорошо, что он чувствует не гордыню за свои достижения, что наверняка бы погубило его. Любовь, даже причиняя боль — спасает, но от этого Куруфинвэ не станет легче.

Но заговорила Варда Элентари тем же тоном, каким отвечала, что это невозможно.
Ибо это все равно было невозможно.

— Почему ты уверен, что так задумал Эру? Неужели говорил с ним лично? — она покачала головой, холодно усмехнувшись. — Воля Эру — лишь его воля. Воля Эру создала все, что окружает нас. Меня. Тебя. Воля Илуватара и его Песнь. Я была там, я пела в хоре айнур. Воля Эру творит большее, чем чувство в отдельно взятом сердце, — в чем Варда не сомневалась и никогда не засомневается, а если вдруг однажды заподозрит Эру в неправоте, то пусть тогда погаснут все ее звезды, и пусть ее поглотит мрак.

Варда почти что нарушила правило Эру. Почти. Но Варда Элентари и Манвэ Сулимо — верховные владыки, и им дозволено многое.
Хотя Варда не способна представить, что Манвэ пожелает избрать другую супругу, и сама уверена, что не пожелает иного мужа. Их браки незыблемы и вечны, их союзы — нерушимы.

— Если волей Эру объяснять все происходящее, значит, Мелькор тоже следует его воле?

Варда сжала губы в тонкую полоску. Все ее протесты, все ее запреты — бессилие; вот оно, бремя власти, то самое, ранее не ощутимое. Вот Феанаро, что смотрит на нее с надеждой и мольбой, вот его жена Нэрданель, где-то в отцовском доме наконец свободная, вот их дети, любящие отца и мать одинаково, и вот женщина, к которой Куруфинвэ загорелся любовью. И вот Варда, ее нежелание говорить “нет” и необходимость это сказать.

— И почему ты так уверен, что это любовь? Быть может, время покажет вам с Нэрданелью, что разрыв был ошибкой.

Действительно, что, если так, и через несколько лет Феанаро будет умолять об обратном?
С Мириэлью было намного проще, а ведь Варда считала, что это сложный вопрос.

[nick]Varda Elentari[/nick][status]зорі також співають[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/287980.gif[/icon][sign]под сетью сумрачных дорог подняли земли королей
два светлых западных крыла на этом берегу морей
https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/564391.gif
в темнице ночи, в черной мгле
надеждой ясною свети
[/sign][lz]<lz1>варда элентари</lz1><lz2>tolkien's legendarium</lz2><lz> с небес глядящая насквозь, открой ворота облаков в сиянье синих звездных слез.</lz>[/lz]

+1

6

[nick]Feanaro Kurufinwe[/nick][status]if i had a heart[/status][lz]<lz1>Феанор Искусный</lz1><lz2>Tolkien's Legendarium</lz2><lz>Есть тот, кто бежит от своей родины. Есть тот, кто бежит из кошмара</lz>[/lz]

Феанор понимал, что он просит практически невозможного, но лишь практически. Валар не открыты сердца Эльдар, но сейчас Феанор не лукавил, не лгал, не хотел чего-то для себя исключительного. Он не просил славы, богатства, он не просил статуса. Он взывал о помощи, потому что не мог помочь самому себе и нет, это не означало, что он дерзил или наглел, чего-то требовал от Вала Варды. В конце концов, она могла подумать, что одна его просьба, это дерзость. Вполне возможно, что будь на ее месте он бы так и посчитал, но всегда есть какое-то "но". Он поднял на нее глаза, а на лице блестело непонимание. Теперь Феанор не понимал, почему Валар так часто неправильно понимают слова Эльдар, почему они не прислушиваются к сердцам тех, кому покровительствуют? Феанор сталкивался с этим уже ни раз, находясь под покровительством Аулэ, который так часто говорил Феанору о его гордыни и призывал уважать самого Аулэ за все достижения и никак не гордиться собой. Феанор не хотел никаких ссор, особенно с Валар, он лишь соглашался с ним и продолжал делать то, что делал. Но с Вардой все было иначе, не так ли? Наверное, хотя бы потому, что это не зазнавшийся ремесленник Аулэ. Варда - женщина, а значит у нее есть сердце, есть душа. Не Варду ли Эльдар уважают и любят больше других, потому что под светом ее звезд даже самые отчаянные находили надежду? Он смотрел в ее ясное, блестящее, будто бы в звездной пыльце, лицо и почти был уверен, что она понимает, о чем он говорит. Но не хочет или признаваться в этом, или противится сама себе.
Так, получается, даже у Валар могут быть связаны руки? Они сами пишут законы, по которым живут квэнди, разве не так? Только от их решения будет зависеть, что нормально, а что нет. И Валар, конечно же, ориентируются на себя, издавая данные законы, они не делают поправку на грешные фэа своих подопечных, на их низменные, простые, но такие важные желания. Их мечты, которые, возможно, многим бы Вала, эти исполинам, показались бы мелочными и не стоящими и минуты их времени. Однако не всегда добродетель Вала может хорошо и правильно приниматься Эльдо, и, напротив, не всякое желание Эльдо может быть правильно воспринято Вала. Кто, если не Эру создал между ними эту брешь? Эту пропасть непонимания. И Феанор понимал, почему он это сделал. Для того, чтобы разграничить сферы деятельности своих младших детей от сфер старших. Он сделал Эльдар такими, чтобы они учились у Валар, но, кроме того, он сделал это для того, чтобы его Валар чему-то научились у Эльдар. Пусть грянет гром, если Феанор сейчас неправ, если его догадки, никому никогда не высказанные, оказались неправдой.
- Варда, - позвал он ее по имени, почти нежно, как дети, обычно, призывают к горькому пониманию своих родителей. Не умоляют, не катаются на спинах в истериках, но просят - почему ты сравниваешь любовь со злом?
Ее сравнение с Мелькором, оно почти ударило Феанора в самое горло. Как можно называть его Мелько, как можно его поступки сравнивать с тем злом, которое учинил миру этот Вала? Как можно! Это почти подобно оскорблению и Феанор это терпеть бы не стал, но ее вопрос заставил его задуматься. Если Эру, и правда, допустил то, что совершил Малько, так, получается, Варда права. И это было совершено лишь с дозволения Единого, иначе как еще объяснить своенравие Мелько?
Значит, это так, в мыслях согласился Феанор, его осанвэ было открыто, пожалуйста, Варда, он ничего не скрывал от тебя и если Феанор был смел настолько, что допускал подтверждение страшной мысли Варды, то неужели она все еще думала о том, что он лжет ей или неправильно понимает собственное сердце?
Эру создал их отдельно, своих Детей. Они не были похожи на Валар, Валар абсолютны во всем. И если их любовь не имеет ни начала, ни конца, то все, что чувствовали Эльдар имело и начало, и конец. Даже любовь, что, некоторым казалось, невозможным. Но если оглянуться, если взглянуть на все с иного ракурса, то можно увидеть, насколько неидеальной была любовь между Эльдар. Разве они не испытывали это чувство до того, как вступить в брак, если брак является высшим звеном любви двух разумных существ? Разве не проходила их юношеская, мимолетная любовь? Разве они не заглядывались на молодых девчонок, а девчонки - на юношей, называя это чувство любовью? Все это проходило. И пройдя такой длинный путь, некоторые сталкиваются с усталостью от своего партнера, когда один уже не может понять другого. Нэрданель была обременена этим браком, Феанор тоже, что еще должно случиться, чтобы Валар это поняли?
- Если мой разрыв с Нэрданель будет ошибкой, то дай моей новой жене право убить меня в ту же минуту, а мою fea развей среди звезд, чтобы я никогда больше не возвращался - решительно и быстро ответил ей Феанор, нисколько не думая над ответом. - Варда, не думаешь обо мне, подумай о Нэрданель. И о том, что она чувствует каждый день. Ее любовь прошла, если она кого-то и любит, то наших детей, никак не меня. Я не нужен ей как муж, она ушла к отцу, отцовской любви ей хватает. Дай ей шанс выйти повторно замуж.
Феанор улыбнулся.
- За ней ухаживали лучшие кавалеры Варьяр, - теперь с этого ему смешно и ревность не жжет уши. Теперь Феанор ловил себя на мысли, что с удовольствием танцевал бы на ее свадьбе и видел бы, как жена его семерых детей стала счастливой вновь. Какой была когда-то до рождения Куруфина. - Я уверен, что найдется тот, кто будет достоин ее руки. Я ни словом, ни действием не обидел ее. А когда я задал ей вопрос, не словами, а задал ей вопрос в осанвэ, она не стала закрываться от меня. Она не устроила истерики, ссоры, как это бывало на протяжении уже вот ста пятидесяти лет, Варда, она поняла меня. Спустя такое количество времени...
Феанор помотал головой, почти развел руками, говорил и говорил, практически не следя за языком.
- Она подарила мне пятерых сыновей прежде, чем устала. Прежде, чем наш быт и наша жизнь перестала нравиться ей. Потом она закрылась. И теперь я чувствую себя виноватым за то, что родились еще двое. Если я продолжу мучить ее, заставлять следовать за моей мыслью, за моей идеей, призывать ее делить со мной судьбу во всем, она погибнет. Она уйдет в Сады Ирмо и уснет навсегда, - Феанор поджал губы.

Отредактировано Wardruna (2022-04-09 13:53:11)

+1

7

Любовь не может быть злом, а если в ней есть зло - то это не любовь, а что-то другое, что ею притворяется. Темное, жуткое, пугающее, похожее на блеск в глазах Мелькора, когда тот предлагал Варде быть с ним. Он говорил, что любит ее, но ничего, даже отдаленно напоминающее любовь, не чувствовал - не умел, не мог, а прежде всего - не хотел. Он хотел обладать, и больше ничего. Он видел только себя, и больше никого. Когда Варда отказала ему, Мелькор упивался своей обидой, взращивая в остатках души вместо минутного порыва увлеченности к владычице звезд ненависть к ней, и ненависть казалась ей с его стороны гораздо правильнее, чем любовь.

Эльдар страдают от любви, но считают ее величайшим благом, и это одно из главных качеств Детей Эру, что вызывало у Варды уважение. Даже испытывая боль, они верили, что счастливы - и были счастливы. Они воспевали свою боль в песнях и посвящали ей стихи. Они не отступали, если знали, что не получат взаимности, они были готовы жертвовать ради тех, кого любили.

Варда не чувствовала все на себе - но она видела, и этого ей было достаточно.
Она видела все, что происходило под ее звездами.

- Я лишь спрашиваю, не запутался ли ты, - вала не смутилась и не подала виду, что, возможно, сказала лишнее. Она верила, что не может сказать лишнего, и эта вера всегда придавала ей сил - вера в себя. В Эру, естественно, в первую очередь, но разве не Эру создал ее? Разве не Эру подарил ей сияние, которое она баюкала на ладонях, вливая в свои звезды? Разве не Эру соединил ее с Манвэ, и разве не Эру направил их друг к другу?

Но тогда Эру направил Феанора к новой любви.

Про то, одобрил ли Эру деяния Мелькора, Варда говорила осторожно, иносказательно, вопрос ее прозвучал скорее в качестве упрека, однако вала не раз задумывалась, что так может быть на самом деле - ибо Илуватар не покарал Мелько, даже не появился, чтобы отругать его, как когда Аулэ создал гномов. Эру рассердился на Аулэ за то, что тот дерзнул творить разумных существ, уподобившись Илуватару - а когда Мелькор погубил Светильники, когда уничтожил Древа, когда пролил кровь квэнди - почему же тогда Илуватар молчал?

Разве сотворение гномов было преступлением страшнее, чем уничтожение творений Аратар и убийство одного из Детей Эру?
Нет.

Вопрос «почему» оставался открытым. Варда не хотела думать, что Илуватар просто допустил это, спустив Мелькору с рук все злодеяния, но что же делать, если все наводило именно на такой ответ, что граничил с богохульством?

Феанаро понял все правильно.
Феанаро ответил ей честно.

Такие, как он, не умеют лгать и притворяться. Огненный нрав не позволяет им играть в игры, сжигая все маски - эта честность обезоруживала, лишая Варду всех аргументов. Она видела душу Куруфинвэ, и потому все становилось гораздо сложнее - легко и просто сказать «нет», зная или допуская, что просьба не искренна, но ясно видя искренность на грани с отчаянием... Варда не смогла.

Она молча слушала Феанора, и не сомневалась более, что все это правда, что так и есть, что Нэрданель устала от их брака. У нее может появиться другой муж, тот, кого выберет ее сердце, как однажды выбрало Куруфинвэ, и она будет счастлива, и Феанаро будет счастлив с любимой женщиной, а их с Нэрданелью дети уже взрослые, и не будут страдать от разрыва, как страдал сам Феанор. Что же тогда, допустить гибель двух квэнди или же позволить им разойтись, вновь нарушив завет Эру?

Варда вспомнила совет, собранный по случаю Финвэ и Мириэли, и ей захотелось застонать - переживать это снова вала не желала ни за что. Они спорили, каждый доказывал что-то свое, кто-то был решительно против, кто-то - нерешительно за, они с трудом достигли единого решения, и то с оговорками, условиями и запретами. Варду сердило упрямство Мириэли, сердила сама необходимость обсуждать такие вещи, словно непонятно, как должно быть - один раз и на всю жизнь. Но... но один раз и на всю жизнь - такое правило подходит бессмертным валар, но никак не смертным, тем, кого могут разлучить непредвиденные обстоятельства... а после гибели Финвэ и вовсе что-то нарушилось. Эльфы умирали крайне редко, и впервые смерть произошла неестественно.

Они слишком хрупкие. Что, если Нэрданель вправду уснет в Садах Ирмо?

- Двух солнц и двух лун на небе не бывает, но каждое утро случается новый восход солнца, а ночью - луны, - проговорила Варда. - Я верю тебе. Я верю, что это любовь, и что Нэрданели нужна свобода, - она хотела добавить «но» - и не добавила. Ее «но» звучало бы, как необходимость собрать Аратар, ибо одна Варда Элентари не может решать такие вопросы и не имеет права. С другой стороны - она способна развести судьбы Феанаро и Нэрданели самостоятельно, а Аратар еще неизвестно, что решат. Когда Мелькор на свободе, когда в любой момент им может понадобиться сражаться с ним... просто нет времени на долгие советы. Разрешить или запретить, и скорее всего второе - а Варда не была намерена уговаривать каждого отдельно. Проще самой. Возможно, ее обвинят в чрезмерной гордыне, возможно, небезосновательно - ну и пусть.

Она их всех предупреждала.

- Я не дам твоей новой жене право убить тебя. Но если и с ней у вас произойдет то же самое, что с Нэрданелью - ты придешь ко мне снова, и тогда мы будем говорить иначе, - сказала Варда. - И, прежде чем я разорву связь между вами, если разорву, расскажи мне о той, кого ты полюбил, о той женщине, что ныне владеет твоим сердцем - расскажи через осанвэ. Таково условие.

Лишать эльдар свободной воли - преступление и нарушение аксани. Двоеженство - тоже нарушение закона. Варда бы не просила Куруфинвэ открыться ей настолько, она ценила чужое личное пространство, но ей была нужна уверенность в правильности своего решения, в серьезности его намерений, в собственной уверенности Феанора, что на сей раз его любовь и брак навсегда - хотя как можно говорить о вечности, если даже Светильники погасли, и даже Древа погибли?

Вечность существует. Не все вечно, но есть то, что не исчезнет, не погибнет и не пройдет.
Эа и Арда. Звезды на небе. Любовь Манвэ Сулимо к Варде и Варды Элентари к Манвэ.
Ненависть Мелькора к валар и валар к Мелькору.

Есть вечное благо, есть вечное зло. Есть вечная любовь. Есть вечная жизнь. Но нельзя отрицать и закрывать глаза на то, что не вечно - ибо это не менее важно.
Изменчивость - тоже вечность.

[nick]Varda Elentari[/nick][status]зорі також співають[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/287980.gif[/icon][sign]под сетью сумрачных дорог подняли земли королейдва светлых западных крыла на этом берегу морей
https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/0a/79/564391.gif
в темнице ночи, в черной мгле
надеждой ясною свети
[/sign][lz]<lz1>варда элентари</lz1><lz2>tolkien's legendarium</lz2><lz> с небес глядящая насквозь, открой ворота облаков в сиянье синих звездных слез.</lz>[/lz]

+1


Вы здесь » Crossed Hearts » Основы основ » сиянье синих звездных слез // tolkien's legendarium